Западный Мурман. Часть пятая. Колонизация

Ещё в начале XIX века отношение к Мурману среди руководства Архангельской губернии было весьма пренебрежительным.

Примеры негативных оценок:

• Генерал-губернатор маркиз де Траверсэ в 1842 году отвечал на просьбы вологодских и вятских купцов о разрешении на ведение рыболовства и мореходства отказом, мотивируя это так: “там могут жить только два петуха, да три курицы”.
• Вице-губернатор Сафронов в 1867 утверждал, что водворение на Мурмане живого элемента при существующих ужасных климатических условиях, немыслимо, как немыслимы устройство путей сообщения и колонизация края.
• Некий статский советник Кляуз считал, что колонизация Мурмана русскими невозможна вследствие ухудшения климата с XV века, и нужно радоваться, что туда селятся шведы и норвежцы. (Прим.: вероятнее всего под "шведами" имелись ввиду финны)

Постоянные столкновения лопарских племен и возникавшие споры и жалобы то норвежскому, то русскому правительствам заставили, наконец, оба государства вступить в переговоры касательно разграничения береговой полосы у Варангер-фьорда, по обеим сторонам Паз-реки и Паз-губы. Назначена была смешанная комиссия, и заключен был трактат 1826 г, по которому Россия (считавшая земли Мурмана ненужными) отдала Норвегии участок береговой полосы, составляющей ныне норвежскую коммуну Сёр-Варангер, где находится единственный погост колттских и православных саамов Норвегии - Нейден.

С начала 1860-х стало заметным с каждым годом возрастающее колонизационное движение на Мурман. Начинают, без спросу русских властей, селиться на западном берегу в удобных бухтах финские и норвежские колонисты. Стремление это стало столь заметным, что правительство начало обращать на него внимание. Оно учредило комиссию, которая выработала особый устав, обещавший льготы желающим обосноваться на Мурмане. Правительство также подталкивало заселять Мурман, не в ущерб норвежцам и финнам, беломорских поморов и карел.  К 1911 колонистов насчитывалось более 3000, из них русских — около половины (в 1899 — только 29%). В 1913 в Мурманско-колонистской волости состояло колонистов 1756 чел., в т. ч. финнов и норвежцев — 1048; в Териберской волости — 1401, в т. ч. финнов и норвежцев — 326 (в сумме финнов и норвежцев — 43,5%).

В 1880-х на Мурмане при поддержке губернатора Голицына организованы отряды Красного Креста для подачи медицинской помощи, а также в 5 населённых пунктах открываются лазареты. В 1889 на Мурманском берегу имелось домохозяйств: финнов — 176, русских — 125, карелов — 72, норвежцев — 36, саамов — 20, других — 6 (эстонцы, шведы, немцы).

В 1882 и 1883 гг. открыли на Мурмане свои действия 2 китоловных завода в Еретиках (порт-Владимир, о. Шалим) и Ара-губе. но им пришлось уже вскоре (в 1890 и 1889 гг.) прекратить начатое с упехом дело, по причине ухода крупных китов от берегов Мурмана и Финмаркена, подобно тому, как в петровские времена киты также ушли от берегов после открытия промыслов.

В эти времена начинается активное развитие кольского уезда, особенно Западного Мурмана.

Основные норвежские колонии - Вайда-губа (1864) и Цыпнаволок (1867) на Рыбачем. Также кольские норвежцы обосновались на островах Торос (1888, кольский залив, финско-норвежская колония) и Кильдин, в Титовке . В истории Вайды-губы известен некий «вайдагубский король». Так колонисты окрестили Леонарда Пильфельда, переселившегося в 1878 году сюда из Вадсё. Норвежец был смекалистый, с предпринимательской жилкой. Через двадцать лет жизни на Рыбачем его шесть собственных судов бороздили море, а жиротопни с наемными рабочими выдавали тысячи пудов акульего жира в год.

Финских же колоний на Западном Мурмане было гораздо больше: тут и Западная Лица (1877), близ мотовского погоста саамов, ныне на месте поселения находится ЗАТО Заозёрск, база атомных подводных лодок; Ура-губа (1864, первоначально бывшая преимущественно норвежской), ныне существующее село; Урица (1930-е), небольшой посёлок близ Уры-Губы, впоследствие ставший ЗАТО Видяево, также база атомных подводных лодок; Белокаменка (1895), некогда один из центров интервенции, ныне нефтяной терминал и крупная стройка; Сайда-губа, ныне вымершая. В колонии Ура-Губа действовала лютеранская кирха; в 1907 и 1910 в нескольких финских колониях (Ура-Губа, Земляная, Цып-Наволок) были созданы школы с обучением на финском языке. Вероятно финнами было основано и селение Оленья губа, ныне база флота.

Были финские колонии и на Восточном Мурмане: Грязная губа (1893) - ныне Сафоново; Ваенга (1896) - ныне Североморск, штаб Северного флота, вместе с Сафоново составляет ЗАТО Североморск - крупнейшее муниципальное образование области после Мурманска; Тюва-губа (1893) - ныне вымершая; Росляково (1896) - стал в 2014 частью Мурманска. Жили финны и в Коле.

Существовали и карельские колонии в, как ни странно, корелинской губе, между Ура-губой и Кольским заливом - Карелия Большая и Карелия малая, ныне не существуют.

В окрестностях Печенги (1863) обосновалось немало поморов, создавших целую сеть колоний (Княжуха (центр колонии), Баркино, Гагарка, Трифонов Ручей, Оленьи Горы, Старая Печенга)

Ну и торжеством колонизации Мурмана было основание Александровска - коммерческого порта, новой столицы уезда, ныне существующей в виде ЗАТО Александровска, крупнейшей базы Северного флота, историческая часть - город Полярный. Торжественное открытие города состоялось 24 июня 1899 года (6 июля по новому стилю), хотя уже на карте выше 1896 года он отмечен. Городок выглядел достаточно уютно, имел церковь, школу, порт, железную дорогу, электростанцию и исследовательскую биологическую станцию.

«В Иванов день, 24 июня, праздник лета и солнца, Россия отпраздновала большую победу над мачехой географией, точно назло не дающей ей выхода на вольный океанский простор. <…> И вот теперь создан свободный выход на Севере, на издревле русском Мурмане, недалеко от веющего седой стариной Варяжского залива. Мурман суров и дик; берега его омывает суровый, негостеприимный Северный океан; но есть на этом океане места, где воды его не знают ледяных оков, а человеку на то и даны ум и энергия, чтобы бороться с суровой дикой природой, побеждать ее. Новейшая русская победа над северной природой называется: новый город Александровск в незамерзающей Екатерининской гавани».

Газета «Свет», 1899

«Каменная набережная, шоссе, железная дорога, сооруженные норвежскими рабочими, электрическое освещение, телеграф и проч. способствуют тому, что город выглядит солидным центром, о чем, по-видимому, заботятся строители, почему невольно забываешь, что этот город лишь новорожденное дитя. С открытием Екатерининского порта Норвегия уже не будет иметь дело с пустынным берегом, а будет иметь в соседстве, до некоторой степени, культурный край, с которым торговля и другие сношения примут большие размеры, чем до сих пор. Со временем, с развитием этих сношений, мы будем свидетелями, без сомнения, интересной конкуренции между норвежцами и русскими у берегов Ледовитого океана».

Норвежская газета Morgenbladet, 1899

Весь Мурман был охвачен телеграфными и телефонными станциями. Основными промыслами были рыболовство, морская торговля, лесная охота, добыча и обработка леса, добыча жемчуга, ценных металлов. Как мы видим, все современные населённые пункты Мурмана, кроме древней Териберки и Мурманска (что возникнет чуть позже, вследствие столь активного развития края), были основаны именно в это время, причём, в большинстве своём, финскими колонистами.

Впоследствии всё норвежское и финское население было репрессировано, часть расстреляны, остальные выселены. Лишь после Второй Мировой части кольских норвежцев разрешили поселиться в Порт-Владимире, откуда они с развалом СССР и уехали.

https://telegra.ph/Zapadnyj-Murman-CHast-pyataya-Kolonizaciya-04-24

https://t.me/FolksRepublicLappland/512